Под нами

Разведённый преподаватель социологии устраивается в Сибирский юридический институт. Картонная шарага, преобразованная из детского сада и на которую настроили 2 этажа, была не пределом его желаний: черножопые на чёрных бэхах, продажные бляди, тупоголовые и трусливые жополизы, но это оказалось не самым страшным...

ПРОСЬБА СЛАБОНЕРВНЫМ И ВПЕЧАТЛИТЕЛЬНЫМ НЕ ЧИТАТЬ

Глава I

Противный громкий звук будильника на старом телефоне заставил Андрея Павлова поднять своё лицо от подушки: 7:00 — самое страшное время. Сегодня он идёт на собеседование в один “элитный вуз европейского качества”, расположенный правда где то в глухих дворах города. Старое место работы давало такую мизерную зарплату и такой неполный график, что по ночам приходилось подрабатывать грузчиком в порту. Какая-никакая, но это возможность получать, пусть и небольшие, но постоянные деньги.

Спустившись в метро и пройдя через тысячи человек он вошёл в свой вагон, маршрут был №13, хотя Андрей никогда не верил в эти числа, но неприятный осадок оставался. Повиснув на “турнике” и почти заснув его “растолкали” заходящие пассажиры.  Сладкий полудрём ушёл и он вернулся в мир хамства, пингвинего толкания и суеты.

“Станция Московская” — прозвучало в вагоне. Выплыв вместе с толпой людей Андрей поднялся по эскалатору и вышел в одном захолустном районе, улица называлась “Московская”, хотя отношения к Москве не имела никакого. Осенняя грязь перемешанная с первым снегом не давала ощущение надёжности, пройти прямо до здания было не возможно — не давали машины,  которые ехали по дворам плотным потоком.

Здание представляло из себя постройку 50-х годов, обделанную дешёвым светлым композитом и красной объёмной надписью ”Сибирский юридический институт”. Всё было сделано из дешёвого пластика. Зайдя внутрь он почувствовал запах туалета, и про себя подумал “ну и элитный вуз европейского качества. Похоже что труп бабушки хорошо приукрасили дешёвой косметикой.”

— Здравствуйте, — неуверенно сказал Андрей. — Не подскажите как пройти в 113 кабинет.

— А вы к кому?, — спросил невысокий седовласый охранник в чёрной форме с надменной надписью “Секюрити”. — Вы к Владимиру Ф...

— Я новый преподаватель, — опередил Андрей. —- Андрей Александрович Павлов.

— Ммм, ну проходите — это не первом этаже, сразу направо, — неловко сказал охранник.

Пройдя сквозь небольшую арку он увидел кофейный аппарат и платёжный терминал, причём терминал не работал. — Плохой признак, — подумал Андрей, ведь он знал что тление начинается с мелочей.

Дешёвая пластиковая дверь “под дерево” с табличкой “113” была перед его лицом, запах туалета становился ещё сильнее, — Где то рядом туалет, — вновь подумал Он.

— Здравствуйте, можно?, — тихо постучав Андрей отрыл дверь. — Андрей Павлов, я по вакансии преподователь по социологии.

— Да, да, входите, — сказала небольшого роста женщина с восточными чертами лица. — Садитесь, значит вы  преподаватель по социологии?

— Да.

— Начнём, у меня к вам пару вопросов. Где вы учились?

— НГПУ.

— Хорошо...а...вы давно в нашем городе?

— Три года.

— Причина переезда?

— Жена здесь, — Андрей покраснел от злобы, ведь она почти ни разу не спросила про его квалификацию и спрашивает личные вопросы.

— У вас дети есть?

— Послушайте, — гнев уже был заметен женщине, но она не подавала признака. — Я пришёл устраиваться преподавателем социологии, Социология — это наука об обществе, системах, составляющих его...Это не моя семья, не моя жена, я считаю такие вопросы не корректны.

— Это стандартная процедура, нам же нужно о вас узнать...

— Я понимаю, но...

— Но от этого зависит наш выбор, скажите у вас машина есть? Как долго вы добирались?

— Я никогда не опаздываю и прихожу на работу во время, автомобиля у меня нет, — лицо Андрея стало похоже на томат.

— А водительское удостоверение? — так же спокойно продолжала женщина, чуть улыбаясь.

— Нет, — закатывая глаза ответил Андрей.

— Вы точно сможете добираться к назначенному времени?

— Точно! — чуть повысив голос ответил он.

— Хорошо, — женщина достала бумагу из стола, начала на ней что-то писать.

— Сейчас выйти сможете?

— Прямо сейчас? Я не совсем подготовился, вашу программу не видел, — удивлённо сказал Андрей.

— Вы же говорили что я мало задавала вопросов по поводу вашей квалификации, — пусть зададут студенты, а я спрошу у них.

— Хорошо, без проблем.

— Подпишите здесь, и здесь, — женщина подсунула пару листков где было написано что “с правилами пожарной безопасности” знаком.

— У нас в подвальном помещении есть столовая, можете там подождать, можете в преподавательской — она на втором этаже,  кабинет 213, — женщина промолчала и уставилась вопросительно на Андрея.

— Всего хорошего, — вставая сказал Андрей и вышел и из кабинета.

“Столовая в подвале — это же нужно было такое придумать, думаю не буду туда заходить, лучше уж утреннее ничего, чем трапеза из подвала”, — подумал Андрей, открывая дверь в зловонный туалет.

Запах явно пытались скрыть хлоркой и другой химией, но казалось он везде, и к запаху испражнений и мочи добавился ещё и хлор. Заляпанное стекло в котором показалось лицо Андрея: тёмно серый костюм, чёрный галстук, белая немного помятая рубашка.

Одиночество начинается не только с того момента как живёшь один — оно начинается с помятых рубашек. Поправив галстук Андрей вышел и начал подниматься по узкой лестнице на второй этаж, такое ощущение что эти лесенки для карликов или для детей. Везде пластик, дешёвый пахнущий пластик — сколько же тут фенола? — Страшно подумать!

Зайдя в преподавательскую без стука он увидел там трёх женщин, каждая сидела на своём стуле и столе.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте, — поздоровалась каждая.

— Я новый преподаватель по социологии, Андрей Александрович, — он стоял и не знал что сказать дальше. — Куда мне...можно сесть?

— Ну у нас свободных столов нет, но можете сесть на стульчике рядом с Ольгой Александровной.

“Полный пиздец” — подумал про себя Андрей, садясь и неумело доставая из портфеля какие то бумаги не имеющие даже отношения к социологии. Он начал делать вид, что бумаги важные и он читает с них, хотя они наполовину были пустые и вторая исписана какими то каракулями. Ольга Александровна, что сидела справа, улыбчиво переглянулась с другими женщинами. Она была стройна, неплохо сложена, зелёные глаза и светлые волосы, возраст около тридцати. Игривая улыбка, чуть вздёрнутый нос, карие глаза, быстрый темп речи.

— Вы социологией занимаетесь? — спросила Ольга Александровна.

— Да, именно ей, — улыбнулся Андрей. — Но в свободное время люблю фотографировать.

— Правда? Замечательно, мы давно хотим найти хорошего фотографа. Сколько это будет стоить?

— Ммм, пока не знаю, — растерялся он. — Вам думаю бесплатно...

— У вас расписание есть? Вам выдали?

— Н, нет...если я у вас есть буду признателен, — протянув руку он взял недавно отпечатанный лист А4 и принялся рассматривать его.

Глава II

Почти засыпая на преподавательском столе, он очнулся от громкого противного звука каблуков — зашла женщина восточной внешности, которая проводила его собеседование, она так и не представилась.

— Как у вас всё прошло?

— Нормально, вполне хорошо, — задумчиво и не уверенно ответил Андрей.

— Хорошо, мы скоро закрываемся, где то в девять, вы пока осмотритесь если хотите конечно.

— Спасибо. Я осмотрюсь.

Писк будильника вновь разбудил Андрея, только будильник был на часах, заведён он был почему то на десять вечера и он в это время спал на парте.

“Надо успеть добраться домой, уже десять” — подумал он, но кажется сил на это нет совсем, завтра опять сюда возвращаться, будут целых три пары. В старом кожаном портфеле болталась бутылка коньяка: “сегодня день рождение у моего друга и я благополучно его проспал, какой смысл уже ехать к нему, можно было бы ещё остаться ночевать здесь. Вот сейчас выйду, а охранник спросит почему я так поздно и что я здесь делал, лучше выключу свет да закрою кабинет, была не была.”

Выключив свет и вставив ключ от кабинету с внутренней стороны Андрей разложил стулья и сделал из них “кровать”. Уснуть не получалось уже пол часа, и тогда долго не думая он достал бутылку коньяка, и принялся пить его маленькими глотками. “Много Ванили” — подумал он и продолжал пить, пока хмельное тело не захотело в туалет. Нужно не шуметь, иначе первый рабочий день станет последним. Стараясь тихо выходить из кабинета он понимал что нарушает тишину здания. Туалет который был совсем рядом с кабинетом был закрыт. Придётся идти на первый или третий этаж. В полной темноте он пошёл на третий этаж, иногда падая тихо на колени и сопя, вот-вот его может вырвать. Тусклый экран старого телефона еле-еле освещал тёмные коридоры, и Андрей был похож на медленно ползущий призрак, пытающейся найти свою жертву.

Закрыто, ну что это такое, что за блядство? Так, надо расстегнуть штаны, на утро уборщица подумает что это просто вода. — звук стекающей жидкости к счастью для Андрея не был слышен на перовом этаже. Охранник читал газету и редко смотрел на мониторы, обычная спокойная ночь, институт не банк.

Очень твёрдая поверхность под левой щекой, как камень, но не очень холодная, откуда-то идёт тепло. Открыв глаза Андрей не увидел ничего кроме темноты, резко вскочив он ударился головой о металлический предмет и схватился за голову от боли — это была труба, подсветка телефона показала коричневый крашенный пол, много труб, низкий потолок, похоже на подвал. Как я тут очутился? У меня же портфель наверху, “кровать” из стульев — сразу поймут что я там ночевал, а лужа...это я помню, что было дальше я не помню, я опять искал туалет? —  Встав и отряхнувшись он упёрся головой в потолок, грязный, побеленный лет двадцать назад потолок, весь в жёлтых разводах. Дикая головная боль не давала понять откуда идёт звук суеты, вдали в конце коридора была приоткрытая дверь, туда Адрей и пошёл. Очень тихо, насколько позволяло его состояние, он подошёл к двери и посмотрел в дверную щель: на полу лежал спортивный большой матрац, на нём полностью голый худощавый высокий мужчина с слабо выраженной эрекцией, над ним стоя стоял мужчина одетый в костюм паука, с боков висели декоративные ножки, лицо полностью покрыто чёрной тканью, открыт лишь рот из которого торчали усы. Мужчина в костюме паука присел на корточки и начал испражняться в рот высокому при это шепча: “Как тебе такое повышение?”. Второй просто пытался прожевать каловую массу и судя по эрекции — это его возбуждало.

Ёбанный в рот! Куда я попал. Это что? Институт или притон извращенцев? С самого начала мне здесь не нравилось. — подумал про себя Андрей и понял что допустил вторую ошибку потому что не остался наверху в кабинете. В его планы не входило раскрытие извращенного логова в подвале престижного частного института европейского уровня. Спустя две минуты человек снял костюм паука — под лицом показалось знакомое лицо, он его так много видел. Да это же Владимир Загуба, ректор этого института, а второй длинный — это учитель физкультуры, он забегал в учительскую один раз. Андрей запомнил его по мелированным волосам и “лошадиной” улыбке.

Этого не может быть. Может коньяк был отравленный, я отказываюсь верить в это! — не давали покоя мысли Андрея. Нужно спрятаться в тень — они скоро захотят выйти. — Он тихо скрылся за электрическим шкафом. Полностью голые (ничего не стесняясь) вышли двое: Загуба и физрук, они громко разговаривали и плевались.

— Ну что блядь, на повышение ты заработал, будешь теперь заместителем, — улыбаясь сказал Загуба.

— Спасибо Владимир Ф..

— Заткнись нахуй! Я хочу что бы ты всё говно съедал, а не мыл рыло пол часа, ты что брезгуешь?

— Ну вы что! Нет конечно, я буду стараться!

— Тогда бегом в подвал, кофе мне на второй.

— Уже иду, — тихо сказал высокий физрук поспешно надевая штаны которые лежали на трансформаторе.

К счастью я в тени, тень — мой спаситель сегодня. — Недалеко от Андрея всё ещё стоял Загуба, выпив из бутылки дорого виски, он принялся мочиться прямо себе на ноги, при этом делая вид что ничего не происходит. Выпустив газы тихо сказал: “надо был в лицо напердеть ещё этому чушка!”

А подвале появился сильный запах испражнений, алкоголя и мочи. Загуба неспешно вышел, теперь закуривая дорогую сигару, при этом оставаясь полностью голым.

Глава III

— Вы пришли сегодня раньше всех? — спросила восточная женщина, вновь не представившись.

— Д..да.. Не люблю опаздывать.

— Охранник говорит не видел как вы вчера выходили и заходили. Вы выглядите уставшим, плохо спали?

— Очень плохо, ну охранник не всегда же на посту.

— Ладно, ключи только не забудьте сдавать, у нас так принято. У вас урок будет ровно в 8:00, в этом же кабинете, расписание думаю уже получили. Да, кстати, Вас ректор хотел видеть, он будет утверждать вашу кандидатуру. В целом можете сходить сейчас, у вас ещё пол часа есть, он уже у себя в кабинете 202.

— Х..хорошо, я зайду... Может мне сейчас встать и уйти? — проскользнула мысль. Нет, я хочу увидеть это животное лично, мне даже интересно что он скажет...

— Здравствуйте. Можно войти? — после стука Андрей открыл дверь. Перед ним открылся просторный прямоугольный кабинет. Дорогая деревянная мебель, плоский телевизор во всю стену. Перед ним сидел мужчина лет шестидесяти, дорогой костюм, галстук, телефон отделанный тонкой кожей, огромное кресло.

— Присаживайтесь, — спокойно сказал Владимир Загуба. — Вы по социологии у нас?

— Спасибо. Да, по социологии.

— Как вы добираетесь? Без проблем? — усатый ректор спрашивал почти без эмоций. — Уже осмотрелись?

— Да, осмотрелся.

— Всё устраивает?

Конечно, особенно наблюдать сцены поедания фекалий двух извращенцев-пидорасов, — подумал Андрей и сказал “Да”.

— Мне Алия Александровна сказала что охраннику вы не сдали ключ. Не забывайте это делать.

— Да, конечно, просто первый рабочий день, — лицо Андрея тоже не выражало каких-либо эмоций.

— Помните, что у нас испытательный срок два месяца, заработная плата меньше на 30%.

— Да, я знаю.

— Хорошо, будут вопросы, спрашивайте у Алии Александровны.

— Спасибо, досвиданья, — лицо у Андрея покраснело от злости, этот “копро-паук” задавал бессмысленный вопросы, но только вопрос про ключи заставил его усомниться о осведомлённости Загубы по поводу его ночёвки в институте.

После двух лент на перемене Андрею позвонил старый друг, коньяк которому он так и не донёс, но благодаря которому он узнал главную тайну Загубы.

Я должен сделать дубликат ключа от кабинета, что бы снять вопрос и возможные подозрения, и ещё раз посетить подвал, думаю там будет очень много нового. Если бы жена была ещё со мной она бы не поверила, хотя...у неё теперь другие заботы.

Сдав ключ охраннику Андрей сделал вид что забыл портфель в учительской, таким образом он остался на вторую ночёвку в логове паука-копрофила.

Вход в подвал на первом этаже располагался сразу под лестницей, дверь была предательски открыта, время на часах шло к часу ночи. Тот же подвал, почти весь тёмный, освещена только дверь, причём уже закрытая... Подойдя поближе Андрей выкрутил раскалённую лампочку с помощью платка, полная темнота захватила остатки света. За дверью была слышна какая-то возня, открыть дверь было не возможно — осталась только замочная скважина! В неё просматривалась три дивана на которых сидели мастурбирующие полностью голые женщины и мужчины, на большом спортивном матраце лежала молодая девушка с заклеенным ртом и залепленными глазами! На неё испражнялся Загуба, по прежнему в своём костюме паука, при этом на голове у него были женские колготки. Физрук слизывал фекалии с живота девушки, ещё двое стояли впереди и сзади девушки и онанировали на неё.

Эти ёбанные извращенцы захватили невинную девушку и издеваются над ней! Надо вытащить её отсюда! Но как? Я не могу больше терпеть это! Я не вынесу этого!

Блеклый экран телефона осветил тёмное пространство подвала, множество средств с бытовой химией, старые игрушки “Неваляшки”, тряпки, коробки. Застрелить я из не могу — у меня нет оружия, да и откуда оно у меня, но здесь есть три банки хлора которая оставила уборщица и...неваляшка...ещё с детства я знаю что если их поджечь то выделиться очень много едкого и токсичного дыма, но как я тогда спасу девушку? Их там около десяти человек, я не смогу всех удержать, если дверь будет открыта. — продолжая думать и смотреть в глазок он увидел следующую картину: девушка благополучно встала, физрук буквально вылизал все испражнения, что были на ней и принялась мастурбировать в то время как на неё мочились трое, включая Загубу. Как хорошо что я не пытался спасти это чудовище! У меня было бы столько проблем из-за этой шлюхи! Надо их всех отравить, дверь достаточно прочная, можно вставить швабру в ручки и они её не откроют, надеюсь в комнате только одна дверь...

Перевязав лицо платком Андрей налил в ведро три банки с хлоркой. Он подумал что если резко открыть дверь и плеснуть в толпу то это дезориентирует их, а сразу после этого закидать тлеющими ядовитыми частями “неваляшки”. Как такое мне вообще пришло в голову? Это же полный бред, но я это сделаю, иначе сам удавлюсь этим хлором! Такие не должны жить и решать буду здесь я! Это не люди! Это  вырождающиеся уроды!

Уже как пол года Андрей не курил, но зажигался всегда была во внутреннем кармане. Положив телефон в внутренний карман пиджака он получил хоть и слабый, но всё же нагрудный фонарь. Сломать неваляшку было не так уж и легко, пришлось поставить её под металлический шкаф, в итоге она дала трещину, это было достаточно громко, но толпа была явно сильно увлечена своими утехами. Вся комната начала наполняться едким дымом и Андрей сказал “Пора!”. Резко открыв дверь Андрей плеснул весь хлор из ведра — толпа дико заорала, особенно тем кто сидел напротив двери т.к. хлор им попал в глаза и начал разъедать кожу. Взяв голыми руками горящие части “неваляшки” он раскинул их как конфетти  — главное успеть закрыть шваброй ручки, но и это получилось. Дверь начали судорожно бить, но швабра держала их, видно что толчки были слабые — они явно были ослабленны хлором. Учитывая что они были практически все ослепленны, эффективно затушить токсичные части неваляшки они не могли. Андрей стоял в конце задымлённого коридора, приглушённые стоны и невыносимый запах едкого дыма, который нельзя было стерпеть, заставил его выйти из подвала и крепко закрыть дверь. Звуки и дым стали заметны на первом этаже.

— Кто здесь? — вопросительно спросил охранник в пустоту. — Что за херня!?

Охранник побежал к электрическому щитку включать везде свет, Андрей успел перебежать на второй этаж. Он думал о том что снаружи везде камеры, и если он выйдет его сразу опознают. Через минуту раздалась пожарная тревога, это значит скоро здесь будут пожарники и менты. В мусорном ведре второго этажа лежала пустая бутылка из под дорогого виски — Андрей взял её инстинктивно, закрыл лицо пиджаком т.к. дышать стало тяжело. Он побежал на первый этаж, хотел найти охранника и оглушить его, переодевшись в его одежду и закрыв лицо хотел скрыться в ночной тишине. Дым уже не давала спокойно дышать т.к. и его было слишком много для обычной “неваляшки” — значит начался пожар! Охранника не было видно — либо я выбегаю на первый этаж и обнаруживаю себя, либо вылетаю через второй этаж сзади здания, где темнее и вроде нет камер. Разбив окно бутылкой из под виски и сильно ударив коленку (однако не сломав её) Андрей перелез через острый, как пики, забор и скрылся в ночной темноте.

“Сегодня около четырёх часов ночи на пульт пожарной части раздалась тревога — загорелся сибириский юридический институт. В подвальном помещении были найдены 10 тел, умерших в результате отравления угарным газом. Какой-либо дополнительной информации нам не сообщили. На месте работают оперативники, но комментарии они не дают.”

Выключив телевизор Андрей тихо сказал: Так-то...паук хуев.

Малое солнце - путь на Марс [роман]

Вступление

Данный роман описывает одинокого старика Загубу, жить которому остовалось не больше двух недель. Для выполнения своей мечты он не пожелел ничего - ни денег, ни хитрости...

Данный роман выполен в интерактивной форме, это значит если вы видите слово с звёздочкой* то доступна всплывающая подсказка с переводом текста. Приятного вам чтения.

Дальний дом [Роман, гл. 1, 2]

Глава I [v2 исправленная]

Пыль
 "Не люди а псы..."

Старый “Икарус” заревел заставив Загубу очнулся от беспокойного сна. Пётр посмотрел на него усталым взглядом, сделал глоток из мятого пластового стаканчика, наполненного квасом. Все кресла были заняты людьми которые начали покрываться потом и блистать как будто их намазали оливковым маслом. Загуба деликатно взял стаканчик из рук Петра и залпом его опустошил, после смяв положил в карман штанов.

Автобус резко тронулся, задрожал и начал своё движение постепенно разгоняясь. Загуба не покупал билеты и до последнего не понимал куда точно они едут.

— А куда мы едем то?

— Ростов, куда же ещё, — со спокойным лицом ответил Пётр.

— Сколько ехать то хоть до этой дыры?

— Это не дыра, это Ростов-на-Дону, ехать около 14 часов, — продолжал чопорно отвечать Пётр.

— Блядь, ненавижу эти автобусы, даже пассать нельзя, — Загуба достал из кармана штанов вчетверо сложенную газету, распрямив её принялся читать. На цветной газете расписывались ужасы предстоящего конца света, который вот-вот должен настигнуть всё человечество.

Когда Загуба доставал газету из его штанов выпала маленькая фотография с деревянным прямоугольником. Пётр взял их, деревянным прямоугольником оказалась икона, на фотографии молодая жена с ещё пятилетним Мишкой.

— Вован, тут у тебя... — Загуба резко вырвал из рук Петра икону и фото после уставился в чтение. Пётр не задавал вопросы так-как воспитывался в семье русского ювелира, корнями уходящий в старый дворянский род магнатов Семёновых, занимавшееся добычей цветных металлов, и получив хорошие уроки воспитания и привычку держаться “сухо” и сдержанно.

— Извини, не хотел что бы такая ценная вещь пропала, — Загуба вздохнул, и сам попросил прощения, при этом не отрываясь от газеты.

— Вот скажи мне, почему ты из такой хорошей семьи, а сейчас скрываешься как последняя каторжная собака? Ладно я, хотя...Я тоже вырос в нормальной семье, хоть и простой...

— Знаешь мой дорогой друг, мы все - рабы обстоятельств. Кто бы что ни говорил про значимость личности, мы всё таки не выбираем где нам родиться, с кем учиться, даже выбор твоей жены в какой то степени тоже предопределён.

— Ну подожди, жены то с чего? Я уже был взрослым, мне был 21 год, я учился, и никто мне её не навязывал.

— С виду так оно и есть, но по факту — нет. У тебя есть определённые устои которые даёт тебе семья, у тебя есть понятия которые даёт тебе общество и ближайший круг, да и в конце концов — она была рядом и не было другой кандидатки.

— Ну как же не была — была, Машка была, у неё знаешь какие...ооо..были...

— Ну ты ведь не с ней?

— Не с ней, ну мог бы быть!

— Если ты не с ней — значит и не мог бы, что говорить о том чего нет.

— Блядь, давай заценим твою семью — интеллигентная семья, хорошее воспитание, ты не похож на зека или другого прошмандея, однако мы с тобой делали отнюдь не благородные вещи и ты это знаешь. Однако ты же их делал! И это тоже предопределено по твоему мнению?

— Да, видишь ли, я всегда хотел быть самостоятельным. Безусловно отец послал меня в институт связанный с добычей, и я бы мог бы занять тёплое место даже в 90-х годах, не говоря уже и сейчас, но мне не нравиться добыча цветных металлов — я считаю это путь в никуда.

— Путь в никуда — это что мы едем на автобусах через всю страну и боимся что каждую секунду нас могут повязать и влепить пожизненный срок — вот это путь в никуда! Да ты даже бабу свою единственную оставил в Туапсе! Какой же у тебя путь нахуй!?

— Мой путь, ехать с тобой сейчас домой, видишь ли в будущем темп добычи металлов будет снижаться т.к. вместо него будет композит, и я не хочу что бы на рубеже 21 века мои дети или внуки остались не в удел. Поэтому я не занимаюсь металлами...

— А состоишь ОПГ! Заебись профессия — ОПГ, место работы — ОПГ. А какой у вас опыт? — Вам в чём? В убийствах? Или нападениях и грабежах — мы сами себя загнали в эту жопу и уже пытаемся оправдываться это бесполезно кореш ты мой — бес-по-лез-но!

Оба старались говорить тише так-как предмет разговора явно должен остаться между ними, но получалось это плохо. Выпустив пар Загуба тихо сказал: “Наша история уже написана, нам осталось лишь дописать концовку и вариантов тут не много”.

Солнце постепенно становилось красным, гористый пейзаж за окном постепенно выравнивался а автобус стал ехать тише, в автобусе уже не было так жарко и многие начали засыпать. Из окон вдали показалась синяя табличка “Каяла”, автобус сонно молчал, с задних кресел были слышно только тихое стучание по клавишам ноутбука.

— Ты почему поехал со мной? У тебя же там баба?

— Ты думаешь ей будет лучше от того что я буду гнить на зоне? Пусть найдёт себе лучше, я сказал что могу и не вернуться — она всё знает что ей положено знать.

— Ты хочешь её видеть?

— Хочу, даже очень, но ты же понимаешь что мы наследили в Сочи и в Туапсе и нам уже дышат в спину.

— Да понимаю, эти шакалы государственные нас не оставят пока мы не вздохнем.

— А с другой стороны почему они шакалы? Мы что такого хорошего сделали? Ладно мы с тобой были бы добродетелями, а на нас собак спускали, но всё совсем не так.

— Понимаю, но мы с тобой не убивали просто так!

— Да? А парни с лодки? А многочисленные кавказцы которые хотели нас подвести?

— Мы же про людей говорим!

— Ладно, ладно, парни с лодки?

— Ну они мажоры...

— А твой сын живущий в Англии не мажор?

— Он вынужден был...

— Это двойные стандарты, мы постоянно себя оправдываем. Убили нерусских — так они не люди, убили тех — так они мажоры — это оправдание. Ты к примеру болгар — но я же тебя не убиваю, хотя я русский.

— Ну сравнил Болгар и Кавказцев.

— Не думай что я защищаю приезжих, у них своя задача и она явно не дружественна к России. Хотя я считаю что они тоже заложники этой системы, только нам от этого конечно не легче.

— Это точно. Пивка бы холодного.

— Быстрее бы это корыто нас довезло до Ростова.

— А что есть в Ростове? — Спросил по детски любознательно Загуба.

— Автовокзал, в котором мы покупаем билеты...до...до...Волгограда.

— Мамаев Курган — я видел только с окон поезда, а хочу в живую.

— На зоне будет нам и Курган и всё остальное... — Пётр был хмур, но держался безэмоционально.

Глава II

Чёрная кровь

Огни Ростова начали постепенно озарять темноту степей. Через пол часа они уже были на автовокзале, в котором смешался старый советский модерн и “новые” зеркальные синие стёкла. Загуба с улыбкой встретил этот город пока не обнаружил что половина людей на вокзале — выходцы с северокавказских республик. Улыбка его спала, глаза стали стеклянными. Пётр практически за руку заставил его зайти в здание вокзала, для того что бы купить билет до Стали...Волгограда. Заплатив тысячу рублей на двоих Пётр вышел покурить, Загуба купив квас в пластиковом стаканчике медленно его пил.

— Уже блевать тянет от этих автобусов, сколько нам до Сталинграда ехать?

— До Ста..тьфу блядь....Волгограда ехать 14 часов...

— Пиздец, я же вздохну. Нам ещё два часа — пойдём хоть поедим в кафе. Недалеко от вокзала была чебуречная, подойдя к ней они увидели чёрное лицо в окошке — Пётр вежливо улыбнулся и “взял” с собой Загубу.

— Здесь одни черножопые! Давай его пришибём?

— Шутишь, здесь людей тысячи! — шёпотом сказал Пётр.

— Давай его пришибём, не могу блядь, если я этого не сделаю я пришибу кого-нибудь ещё. У него даже дверь открыта в хачёвню! Закажи один чебурек и закрой окошко, а я зайду и кончу его! — Пётр даже открыл рот от таких сиюминутных потребностей его друга, но сказал решительное "нет."

— Прошу дорогой друг, не соизволите ли отужинать со мной?

— Спасибо, перехотелось, - сказал Пётр.

На окошке красовалось надпись “Буду чэреэз два часа”. Уже отходя от ларька Пётр увидел эту надпись и сказал: “да, опыт не пропьёшь”.

Загуба радостно ел чебуреки, делая вид что ничего не произошло, при этом по детски громко пил сок из трубочки. Пётр тихо сидя на вокзальной лавке оглядывался глазами по сторонам и выпускал дым.

— Вкусные чебуреки у Галима были.

— Откуда ты знаешь что его Галим зовут? — Загуба показал российский паспорт и кошелёк набитый рублями и долларами.

— Это нам пригодится, — Пётр смотрел в даль, делая вид что не заметил эти деньги.

Сев в автобус до Волгограда они заснули, ведь практически всю дорогу до Ростова они говорили. Проснулись они в Морозовске — там была стоянка, можно было выйти в туалет, поесть в местных забегаловках. Небольшая квадратная площадь, которая “покрылась” маленькими закусочными и кафе. Выйдя из туалета, которая как это принято в странах СНГ, являлась огороженной дырой, Загуба купил ещё один чебурек и громко чавкая запивал его соком. Пётр купил йогурт и один пирожок с картошкой.

Утро постепенно начинало разгонять ночную темноту. Сев в автобус они встретили красный рассвет.

— Сколько нам ещё ехать до Сталинграда?

— Около семи часов.

— Слушай, мы пока доедем до Красноярска я уже сам сяду на зону — я не кочевник же!

— Это точно, кочевников ты не любишь, у нас нет другого варианта, наши паспорта нас заложат. Слушай, нам нужны новые паспорта, нужно искать людей умеющих это делать. У тебя кто из надёжных корешей остался в Москве?

— А с чего ты взял что они у меня есть в Москве...хотя...не знаю, это давно было, был у меня один кореш в Москве, на мичуринском проспекте где-то жил, раньше был неплохой щипачь — сейчас не ебу. Околачивался на казанском вокзале — ни разу не поймали собаку, ты представляешь. Как же его...Димон Аристократ! Вспомнил!  Необычный кореш был, мы на олимпиаде познакомились — я ещё тогда с воровским миром особо не контачил, он был воспитан, почти как ты, воровал исключительно у зажиточных граждан и иностранцев, делился с бедняками, даже внёс за трезвяк, когда я бухой упал возле Ленина. Вот тоже, ну не воспринимается он мне как щипачь, скорее как современный Робин Гуд.

— Да, мы тоже современные Донки Хоты блядь, так мы сможем его найти?

— Вероятность малая, т.к. щипачи не сидят на одном и том-же месте и редко оседают, хотя...мы ведь ничего не теряем?

— Определённо нет.

— Тогда как доберёмся до столицы постараемся его найти...

Кочка разбудила Петра, и раскрыв глаза он увидел частные дома, справа невысокий бетонный забор, это была улица Волгоградская — они въехали в город. Справа показалась степь и железная дорога которая то приходила, то уходила от дороги. Город встретил их большим количеством частых и старых домов, это было нечто среднее между провинциальным городом и узкими улицами крымских курортов. Доехав до захолустного автовокзала, который состоял из старых “Икарусов” и прочей стариной дребедени, Загуба и Пётр вышли шатаясь с заспанными засаленными лицами.

— Чудный вокзал, ей богу, даже в моём селе откуда я родом вокзал более красив!

— Похую, главное что у нас есть бабло, надо проспаться где-то да ехать в Москву.

— А как-же твоё желание посетить исторические места?

— Исторические места надо посещать с чистой жопой и еблом, как минимум.

— Согласен.

Поймав спекулятивного таксиста Загуба намекнул что им нужно жильё без “лишней запарки”. Таксист позвонил по одному телефону, сказал “две тысячи за сутки” — Загуба кивнул и они поехали. Город оказался на самом деле очень “плоским”, никаких высоких зданий не наблюдалось.

— Да, у вас в Сталинграде столько сталинок, просто игра слов, — таксист улыбнулся, но ничего не ответил на странное замечание Петра.

— Вас будет ждать женщина, она владелица квартиры. Жильё у неё недорогое, женщина приличная.

— Хорошо, спасибо, — Дав денег Загуба с Петром вышли из такси. Их поприветствовала полная женщина, сказала что жильё недалеко. Пройдя за ней через 2 дома оказалась обычная сталинка, в не самом плачевном состоянии. На втором этаже располагалась просторная квартира, с высокими потолками и огромной душевой комнатой.

— Вы у нас на сколько хотите остаться?

— Думаю дня два, — ответил Пётр. Загуба отдал четыре тысячи, она оставила свой телефон и удалилась.

Не долго думая Пётр снял всю одежду и пошёл в душ. Загуба начал рассматривать содержимое старого советского холодильника в котором оказался один маленький кусочек масла и одно яйцо. Загуба тут-же сделал себе яичницу, оставил половину Петру. Пётр выйдя из душа со счастливым лицом достал из спортивной сумки запасное бельё и книгу без надписей с коричневой обложкой и принялся читать откусывая скоромный завтрак.

— Чё читаешь?

— Да, один малоизвестный старый художник пишет интересные вещи.

— А.а.а... — формально кивнул Загуба и взял старый советский дисковый телефон зелёного цвета и почти шёпотом сказал “позвоню в Москву”. Маленькая потрёпанная и почти игрушечная телефонная книга хранила много секретов Владимира Загубы.

— Алё, Алё...Алё!!! Димон, димон?! Аристократ?! ААА! Я не верю блядь что это ты! Почему не сменил жильё то? Не боишься? Женился? Да ты что?! И дети? Ну ты даёшь ёб твою... А мы...я..да...тридцать лет прошло...тридцать...даже тридцать два...да, я не верю, да конечно ведешь извини что звоню по шкурному вопросу, а не просто так. Неловко сука, мы из Волгограда! Да, представь куда занесло нахуй! Розыск? Короче — да, мы видишь хотим домой, приходиться на рейсовых автобусах ехать, поезд или самолёт нам не видать. Вообщем Димон, ты ещё в деле? Уже нет...жаль...но ты сможешь нам помочь? Документы нужны, прописка неважно в целом, можно Мосвку а можно хоть Рязань! Да, помнишь Рязань!? Ой не смеши, до сих пор стыдно! Сможешь помочь? Выручай. Да, я не знаю, думаю этот, ну если определился то этот, ты звони на него, мы два дня тут — сегодня и завтра, потом в Москву, а оттуда хотим в Красноярск. Да, да, ну мы ждём звоночка, ещё раз извиняюсь. Всё, жду, спасибо, давай! — Загуба выдохнул, ему было явно неловко.

— Что говорит? — Встал Пётр предварительно закурив.

— Говорит отошёл от дел, семья, жена, но посмотрит что можно будет сделать, ничего не обещает, говорит всё изменилось, — сказал Загуба выпив воды из под крана.

Они лежали на кровати и ждали звонка, Загуба отвернувшись заснул, Пётр продолжал читать свою странную коричневую книгу пока не заснул. В полудрёме Пётр услышал что бормотал Загуба: “она мне говорила что врачи шутили над ней когда она к ним шла в очередной раз, спрашивали приходила ли к ней зубная фея, почему она ещё говорит со мной...”

Громкий звонок оборвал сонную негу, Загуба подскочил и схватил трубку: “Да, да, не, хорошо, ну что там? Совсем никак? Пока не искать? А, встретимся? На казанском? Через три дня? А время, в шесть? Ладно, понял, — пиздец! Он не знает кто уже этим занимается.

— А оно надо семейному человеку? Ради беглого зека который не звонил тридцать лет и тут “вспомнил”!

— Да, я без предьяв к нему, ну он хочет встретиться.

— Надо сфотографироваться на паспорт.

— Зачем? Один хер мазы нет.

— Всё ровно, они у нас должны быть на случай когда мы сможем найти нужных людей.

— Ладно, давай спать, заебался я за сегодня, хоть и ничего не делал.

— Поэтому и заебался...

Оба отвернулись и быстро заснули.